Кавказское сотрудничество

 
06.09.2016

Варшавский Саммит НАТО: Итоги и вызовы – новая стратегия или старая доктри-на в «Новой Холодной Войне»?

Доклад представлен в рамках семинара «Варшавский саммит и динамика западной ориентации Грузии» (27 августа 2016 года, Тбилиси).

В первую очередь мне бы хотелось поблагодарить организатора этого мероприятия, госпожу Нану Девдариани и поприветствовать моих коллег и участников нашего семинара, так как данный формат очень удобен для расширения общего кругозора по конкретным направлениям и обмена мыслями. Повестка сегодняшнего дня: Варшавский саммит НАТО – 2016: ожидания и результаты для стран Южного Кавказа, Украины и России. Хочу сказать, что мне посчастливилось принять участие на саммите в качестве международного эксперта по вопросам безопасности.

Что можно выделить как позитивное явление и «удачный случай» (т.е. “successful story”) этого саммита, который проходил в условиях новой эпохи международной политики – с одной стороны начало т.н. «новой холодной войны» между НАТО и Россией, где новая дуга напряженности продвинулась вглубь Хартленда и новый Римленд пришелся именно на страны Южного Кавказа (Грузия, Армения, Азербайджан) и Восточной Европы (Украина и Польша)+страны Балтии, а с другой стороны – снова полыхающий Ближний Восток и дилемма ДАИШ (Исламского Халифата), где сотрудничество между акторами «новой холодной войны» стало неизбежным фактором, что и доказала Московская встреча Керри и Лаврова.

Но вернемся к саммиту в Варшаве.

1) Впервые параллельно с саммитом проходил международный форум экспертов, где обсуждали те конкретные темы, которые были включены в повестку дня саммита. Такой неформальный диалог с экспертным сообществом привел к более продуктивным результатам, они впоследствии были зафиксированы в документах, принятых на саммите. Было принято до десяти документов, включая заключительное Коммюнике, которое впервые в истории проведенных саммитов было очень «толстым» и более конкретным, нежели ранее принятые документы (примерно 139 пунктов). Такая модель, апробированная в Варшаве, найдет применение и в будущем в контексте принятия более эффективных решений по вопросам безопасности в евро-атлантическом пространстве;

2) Впервые за последние десятилетия, наконец, Евросоюз и НАТО пришли к консенсусу и приняли общую декларацию, где выразили общую позицию в отношении общих проблем в рамках Трансатлантической безопасности и согласовали планы дальнейшего стратегического сотрудничества между организациями. И самое главное, представители обеих организаций проявили общий подход к угрозам, исходящим с Востока и Юга (т.е. от России и ДАИШ). К тому же были выявлены т.н. «тренд-центричные» угрозы: кибербезопасность, нелегальная миграция, гибридная война, энергетическая безопасность (хотя этот пункт не был озвучен в рамках декларации). Также была затронута тема противоракетной обороны;

3) В рамках саммита параллельно прошли две важные встречи – Комиссия Грузия-НАТО (на уровне министров иностранных дел) и Комиссия Украина-НАТО (на уровне глав государств). Этим жестом высшее руководство НАТО особо выделило стратегическую линию по отношению к Украине и к Грузии, и главное, определило общую т.н. «интеграционную корзину» вместе с Боснией и Герцеговиной, Македонией как будущих кандидатов в члены Альянса в контексте седьмого раунда политики расширения НАТО (если такая тема будет актуальной к следующему саммиту, который пройдет в будущем году в Брюсселе, где планируется открытие новой штаб-квартиры Альянса);

4) Альянс выделил на данном этапе три особых региона в геостратегическом плане для более активного действия в контексте стратегической обороны и сдерживания (defense and deterence), которые стали краеугольными вопросами на данном саммите: Балтийское море, Черное море и Эгейское море. В общем, НАТО вернулось к стратегии коллективной безопасности и на данный момент преуменьшило свое желание быть институтом коллективной безопасности – это проявилось в первую очередь в контексте принятия решения о размещении четырех моторизированных бригад на территориях Польши и стран Балтии под эгидой США, Великобритании и Канады.

Вкратце так можно охарактеризовать общие итоги данного саммита и которые будут главными постулатами до следующего саммита в Брюсселе. Были и некоторые острые вопросы, по которым не были приняты решения на саммите из-за несогласия некоторых членов Альянса.

Опять о тезисе "Новой холодной воины". Естественно это не "Холодная война-2", которая имела другие параметры и свою геополитическую матрицу, это качественно иное явление, где противостояние имеет не глобальный центр гравитации, а только проходит на региональной плоскости евразийского геополитического пространства, идет с менее жесткой степенью конфронтации. А то, что хотя бы эта война идет на концептуальном уровне, то это можно доказать и по конкретным стратегическим документам, делая т.н. "контент-анализ" этих документов. Возьмем, к примеру, новую военную доктрину РФ, которая была принята в 2015 году и подписана лично президентом Владимиром Путиным. Параграф 12 прямо указывает: "Основные внешние военные опасности: наращивание силового потенциала Организации Североатлантического договора (НАТО) и наделение ее глобальными функциями, реализуемыми в нарушение норм международного права, приближение военной инфраструктуры стран - членов НАТО к границам Российской Федерации, в том числе путем дальнейшего расширения блока". А это уже натовские формулировки, впервые в постбиполярный период в политическом лексиконе НАТО возвратился термин - коллективная оборона (collective defence), что является термином "холодной войны". И уже реализация в полную мощь инициативы "Плана Быстрого Реагирования" (Readiness Action Plan), которая была принята еще на Уэльском саммите 2014 года и по котором уже сейчас началась переброска коалиционных вооруженных сил для зашиты восточноевропейских границ, является сигналом, что НАТО мягко говоря смотрит очень настороженно на Россию и считает на данный момент РФ не партнером, а вероятным противником (смотрите детально документ "The Warsaw declaration on Transatlantic Security", и еще чтобы документально подтвердить, что многие считают, что "новая холодная война" уже наступила и продвигается вперед, смотрите специальный сайт: https://newcoldwar.org/).

Украинский пакет со стороны НАТО на Саммите

Украина действительно получила очень много на этом саммите, как в политическом, так и техническом плане. Что касается политических аспектов, то мы можем начать с символических вопросов, что Украина стала единственным государством, которое имело отдельную встречу на высшем уровне, продолжить встречей президента Порошенко в формате Большая 5 (США, Германия, Франция, Великобритания, Италия) + Украина, и официальными двусторонними встречами с президентами Польши, Турции, Финляндии, премьер-министрами Великобритании, Италии и Нидерландов, а также целым рядом неформальных встреч. Второй политический момент, это то внимание и детализация, которое уделено вопросам Украины в финальном Заявлении. Из 139 пунктов я насчитал 12 пунктов, прямо касающихся Украины, не считая тех, которые касаются всех партнеров или европейской безопасности в целом и имеют также отношение к Украине. Но это не только количество, но и качество - четкое указание ответственных за нарушение территориальной целостности и суверенитета Украины, нарушение Минских соглашений, полная поддержка действий Украины, ОБСЕ, Трехсторонней группы, поддержка позиции Украины по выборам на Донбассе и Крыму, особое внимание безопасности в Черноморском регионе, вопросам контроля за вооружением и реформе сектора безопасности в Украине.

Что же касается «технического» аспекта, то он заслуживает даже большего внимания. Пакет всеобъемлющей помощи (Comprehensive Assistance Package), который был утвержден на заседании Комиссии НАТО–Украина первый в своем роде, как по объемам финансирования и предлагаемой помощи, так и по форме реализации. Один из интересных моментов, что нет четкого лимита суммы помощи, а сказано, что фонды будут наполняться, в зависимости от того, как Украина готова будет их использовать. Использовали - получили больше. Пакет помощи должен быть реализован до 2020 года, именно этот срок Украина обозначила в своем Стратегическом оборонном бюллетене, предоставленном недавно, как крайний срок реформирования вооруженных сил согласно стандартам НАТО. Комплексный пакет помощи включает 13 магистральных и 40 поднаправлений практической помощи. Большая часть помощи касается реформы сектора безопасности, в том числе институциональной реформы оборонного ведомства, структурной реформы вооруженных сил, системы командования, оптимизации системы логистического обеспечения, оборонно-технического сотрудничестве ради уменьшения зависимости от оборонно-промышленного комплекса Российской Федерации, в частности, об импортозамещении, переориентации украинского ОПК на стандарты НАТО, подготовке военнослужащих от солдат до среднего командного звена. Создано несколько дополнительный трастовых фондов, кроме кибербезопасности и реабилитации раненных, это еще и новый трастовый фонд по разминированию территорий на Донбассе. Кроме того, в рамках пакета принято решение по объединению усилий всех иностранных советников, которые сегодня работают в Украине, что позволит лучше координировать реформу сектора безопасности. Так же стоит отметить и создание совместного Центра противодействия гибридным угрозам в Киеве. Это проходит в рамках платформы для взаимодействия между Украиной и НАТО в сфере противодействия гибридным угрозам.

Интересным моментом является тот факт, что на всех встречах было подтверждено, что уже наступил момент, когда и странам НАТО есть чему поучиться у Украины, с точки зрения противодействия угрозам и военного реагирования. В отличие от Грузии, в украинской ситуации у НАТО действительно появились моменты не просто менторства, а и реального сотрудничества и обмена опытом. Причем, как в вопросе изучения украинской ситуации для разработки новых инструментов ответа, так и изучения конкретного боевого опыта и опыта противодействия гибридным угрозам. Например, если первые инструкторы, которые приезжали в Украину готовить украинских солдат, относились к ним как к кадетам без опыта, то очень быстро методика поменялась (это звучало во многих интервью), так как многие ситуации на Востоке – это другой тип войны, по отношению к той, к которой привыкли многие военнослужащие стран НАТО.

Что же касается пакета помощи и взаимодействия, то как я сказал, техническая помощь по логистике, трастовым фондам, обучению, ВПК, разминированию – все, что касается реформы сектора безопасности и финансирования этого процесса, намного важнее для Украины с практической точки зрения. Украине не надо, чтоб НАТО возвращало Донбасс или Крым. Этого никто не ожидает. Но заявление о том, что выборы возможны только после обеспечения безопасности, является крайне важным с политической точки зрения, так как сегодня это один из основных пунктов, которым манипулирует РФ, в том числе регулярно утверждая, что и другие члены Нормандского формата, и члены ЕС чуть ли не настаивают на немедленном проведении Украиной выборов на неподконтрольных территориях.

Грузинский Пакет со стороны НАТО на Саммите

Специальное заявление по итогам Комиссии было опубликовано очень оперативно, в течении часа после завершения ее заседания. В этом документе названная "Joint Statement of the NATO-Georgia Commission at the level of Foreign Ministers" следует выделить 3, 4 и 10 пункты, где озвучены те позитивные моменты, которые Грузия получила по итогам саммита. В частности в 3 пункте описаны стратегические направления стратегического партнерства между Грузией и НАТО, в том числе военно-технического свойства - защита коммуникационных систем (в том числе на уровне кибербезопасности), противовоздушная оборона и воздушная разведка - тактический и оперативно-тактический уровень. В пункте 4 подчеркивается, что Грузия, как государство аспирант на членство, успешно развивается в сторону полной интеграции в евро-атлантические структуры, и это выражается уже в полной совместимости военно-технического и военно-оперативного уровней с коалиционным силами НАТО и в проведении успешной военной реформы в стране. Впервые успехи Грузии были оценены лидерами стран НАТО на таком высоком уровне. В пункте 7 было выражено полное согласие с решением Бухарестского саммита НАТО 2008 года, с тем, что Грузия обязательно станет членом Североатлантического Альянса, и было подчеркнуто неотъемлемое решение по данному вопросу.

Но здесь же была внесена ясность, что это произойдет в обязательном контексте присвоения Грузии статуса MAP (Membership Action Plan). В пункте 10 сказано, что в Грузии пройдет заседание Североатлантического Совета (скорее всего 7-8 сентября 2016 года), что является важным явлением для Грузии в контексте политической поддержки и подчеркивает важность отношений между НАТО и Грузией для лидеров стран Альянса. Также было решено провести в ноябре этого года крупномасштабные военные учения Грузия-НАТО на территории страны. К тому же до начала саммита, уже 2 июля во время визита в Грузию Джона Керри был подписан стратегически важный документ - Меморандум о стратегическом сотрудничестве между США и Грузией в сфере оборонной логистики, и в частности о выделении Грузии около 1 млрд долларов для развития потенциала вооруженных сил Грузии в ближайшее время.

Вот такой пакет конкретных инициатив в области оборонной и военной политики у Грузии получился в итоге Варшавского саммита. Кстати, Грузия переходит на новый принцип военной доктрины – т.н. «круговой» обороны и оставляет за собой право вести только оборонительные войны на региональном уровне. Как раз смещение акцентов в сфере перевооружения вооруженных сил страны указывает на такое развитие оборонной политики нынешних властей Грузии и на доктринальном уровне. 4) Грузия уже качественно перешла на строительство иной модели вооруженных сил, которые более готовы принимать участие в миротворческих операциях за рубежом и в составе коалиционных будут вовлечены для реагирования на кризисные ситуации в мире, на примере интервенции сил под эгидой ЕС в Мали.

Кстати, 28 ноября 2013 года в Вильнюсе на саммите ЕС наравне с парафированием договора о Ассоциативном членстве в ЕС, Грузия подписала и другой рамочный договор об участии в рамках ЕС в операциях по урегулированию кризисных ситуаций на международном уровне. Это означает, что Грузия отныне будет участвовать в миротворческих операциях и операциях по поддержанию мира не только в рамках НАТО (на примере Международных сил содействия безопасности в Афганистане, где Грузия представлена 1700 контингентом военнослужащих), но и в рамках ЕС. Поэтому наличие тяжелых видов вооружения уже является обузой для ВС Грузии. Вот конкретно то, что получила Грузия от Варшавского саммита. Хотя кому-то покажется, что этого мало, но, как говорится, лиха беда начало.. Так что продвижение идеи о полноправном членстве Грузии в НАТО потихоньку идет, и если руководство НАТО решит принять дальнейшую политику расширения Альянса на Восток, то вопрос о дальнейшем развитии стратегического партнерства Грузия-НАТО в виде присвоения Грузии статуса MAP будет более чем реальным.

Могу привести еще один пример стратегического партнерства Грузия-НАТО. При помощи военных специалистов из НАТО Грузия подготовила роту (примерно 100 военнослужащих), которая войдет в состав создающихся сил быстрого реагирования под эгидой Верховного командования Объединенных сил НАТО. Это - уже практическое взаимодействие между грузинскими и коалиционными силами Альянса. Также нужно сказать об открытии на территории Грузии Военно-тренировочного центра в Крцаниси под эгидой НАТО.

К сожалению были и изъяны по отношению к Грузии со стороны НАТО. К примеру, Грузия не получила и на этот раз статус MAP, что было бы проявлением более реалистического характера по отношению к Грузии, и консенсус и на этом этапе был нарушен. Более того, Грузия потеряла и те хрупкие надежды, которые высказывались некоторыми грузинскими политиками. Например, уже на сегодня де-факто бывший министр обороны Тина Хидашели говорила, что можно получить членство и минуя статус MAP. Но нет, господа, сигнал был однозначным, без этого статуса вам вход в НАТО заблокирован.

Чего не смогли добиться участники саммита -это интересный аспект для анализа. По пунктам в кратком виде:

1) Не была принята т.н. "Черноморская инициатива" о создании в акватории Черного моря ударной военно-морской группировки Альянса по типу советской 5-ой эскадры, которая действовала в Средиземном море во времена "холодной войны". С свое время, до начала саммита с этой инициативой выступила румынская сторона и ее с сразу поддержали американцы и британцы. Но вдруг на пути реализации этой инициативы выступила Болгария. Хотя позже она сменила свою позицию. Но как раз во время саммита вдруг против этой инициативы выступила и Турция, и выдвинула в качестве аргумента морскую конвенцию Монтре от 1936 года. Хотя до этого Турция сохраняла молчание и не противилась этой инициативе. Это случилось как раз после извинения Эрдогана перед Путиным за сбитый самолет. Здесь геополитический контекст ясен. К тому же после путча в Турции было сообщение, что турецкие летчики, сбившие российский самолет, арестованы и даже подверглись пыткам.

Хотя в финальном документе руководство НАТО определило Черное море как зону оперативной ответственности, которая предусмотрена 5-ой статьей, т.е. своим "внутренним морем";

2) Во время саммита не была принята концепция по борьбе с терроризмом, хотя до нее эксперты работали над текстом концепции и был разработан рабочий вариант данного документа. По неизвестным причинам этот документ не был принят;

3) Стороны не определились с дальнейшим расширением НАТО и принятием новых членов на примере Македонии и Боснии-Герцеговины и не смогли прийти к консенсусу по вопросу Грузии и Украины, хотя попытки были включить в повестку дня этот вопрос;

4) Участники саммита не смогли сформулировать на данном этапе видение новой Стратегической концепции Альянса и сформулировать обновленные стратегические подходы после Лиссабонского саммита 2010 года, когда была принята новая версия Концепции. Были дискуссии о том, как можно было бы обновить данный документ с учетом новых реалий международной политики. Но и этот вопрос был отклонен до следующего саммита, который пройдет, как известно, в Брюсселе и будет приурочен к открытию новой штаб-квартиры НАТО.

В заключение надо заметить, что грядет новая эпоха, где формируется новый мировой порядок и это факт. На данный момент нынешняя система европейской безопасности должна быть ревизирована, так уже не соответствует реалиям нынешнего дня международных отношений. Хочу выделить те факторы, которые повлияли коренным образом на изменение концептуального базиса, который был выработан во время Ялтинско-потсдамской конференции 1945 года и модернизирован уже в рамках хельсинской конференции по европейской безопасности в 1972-75 годах, а после "холодной воины" Стамбульский саммит ОБСЕ выработал формулу новой европейской безопасности в рамках Договора об обычных вооружённых силах в Европе (ДОВСЕ).

Вот тот базис, на котором зиждились основы европейской безопасности, но сейчас уже эта система фактически разваливается. Факторы этого развала:

1) Выход России из ДОВСЕ в 2007 году и развал геостратегического баланса сил в Европе;

2) Августовская война между Грузией и Российской Федерацией 2008 года - прецедент полномасштабной конвенционной войны в европейской зоне безопасности, нарушение Хельсинского саммита - принцип о территориальной целостности европейских стран;

3) Расширения НАТО на восток и на юг - последний факт принятия Черногории в члены Альянса;

4) Оккупация и затем полная аннексия Россией Крыма в 2014-12015 годах - прямой удар и окончательный развал уже пошатнувшейся системы европейской безопасности;

5) "Новая холодная война", которая началась с 2014 года.

В конце следует отметить, что в ходе такого мирового порядка новая полярность сформируется по принципу «баланса сил» и это произойдет в скорейшем будущем.


Автор:  Вахтанг Маисая

На предыдущую страницу

Все новости проекта