Кавказское сотрудничество

 
Влияние внутренних и внешних факторов на развитие Евразийского союза в 2015 году 31.03.2016

Влияние внутренних и внешних факторов на развитие Евразийского союза в 2015 году

Доклад Елены Кузьминой (ИЭ РАН) на семинаре «Интеграционные процессы на Южном Кавказе: пересекающиеся векторы, меняющиеся скорости»

Я в отличии от предыдущего оратора (см. доклад Алексея Кузнецова) буду говорить о Евразийском Союзе. И я хотела бы в первую очередь обратить внимание на такой момент. Очень часто говорят о том, что Россия всегда и во всем виновата. И самые большие проблемы, которые существуют у Евразийского Союза, они связаны с Россией. Но я не отношусь к категории, тех людей, которые так говорят, я хотела бы все-таки посмотреть, что в действительности происходит, что конкретно в 2015 году влияло на Евразийский Союз. Поэтому я так и назвала свое выступление «Внутренние и внешние факторы развития Евразийского Союза».

Я постараюсь говорить только об экономических условиях, не говоря ни о геополитических. Давайте начнем.

Во-первых, есть факторы, которые существуют вне той ситуации, которая существует на сегодняшний день, которая присуща только 2015 году. Есть внутренние ограничения для развития этого интеграционного объединения. Во-первых, это то, что экономики крупнейших стран — они очень похожи. И похожи основные экспортные товары, они во многом совпадают и соответственно, структурные ограничения для развития взаимной торговли. Именно поэтому первые три года Таможенного союза был плюс в торговле, а потом рост прекратился и торговля стабилизировалось на одном уровне.

В этом году вступили в Союз Армения и Киргизия, у них плюс в торговле. И несколько лет, пока они выберут все торговые эффекты, что они получили от открытой таможни у н их будет рост торговли, и потом снова у них будет точно такая же ситуация. Это первое.

Второе — это то, что очень хорошо развиваются институты, но очень мало проектов. Если проекты есть, они чаще всего двусторонние, очень часто они никак не связаны с Евразийским Союзом, они просто двусторонние.

Вот самый известный такой двусторонний проект — это создание автомобилестроительного кластера на территории Казахстана, с российским АвтоВАЗом, причем полного цикла. Это не просто сборочное производство. Это единственное такое известное. Если не брать те совместные производства промышленные, которые есть у России с Белоруссией, у которых сохранились производственные связи еще с советских времен. Они несколько модернизировались, благодаря тому, что существует Союзное государство. И в рамках этого интеграционного проекта была масса документов, которые позволяют развивать совместные проекты.

Ну, и последнее — все страны, ресурсные и не ресурсные, они все равно развивают в основном не производственную сферу.

Вообще изначально говорили о том, что Евразийский Союз создается для того, чтобы модернизировать производство, в первую очередь. Увеличивать торговлю можно только, если будут новые виды товаров, и речь шла именно о промышленных товарах. Пока это идет достаточно сложно. В лучшем случае идет сборочное производство российской и белорусской техники на других территориях, в первую очередь Казахстане, сейчас начинается в Киргизии. Но на этом все заканчивается.

Не могу не сказать, что в рамках ЕАЭС созданы совместные технологические платформы, определены производственные отрасли, в которых будет развиваться сотрудничество. Но пока это в больше степени на уровне институциональном, нежели на уровне производства. В конце 2015 года создали инжиниринговый центр совместный. Это вот первое.

Посмотрите на эту таблицу.

Таблица 1.

Ведущие партнеры во внешней торговле стран ЕАЭС в 2000 и 2015 гг., %

Страны

2000 г.

2015 г.

ЕС

ЕАЭС

КНР

ЕС

ЕАЭС

КНР

Беларусь

32,5

48,1

2,2

25,3

49,5

5,0

Казахстан

33,8

21,6

8,1

44,2

20,8

14,2

РФ

52,1

7,5

6,0

44,7

8,1

12,0

Армения

34,6

13,7

2,7

25,3

26,3

10,1

Кыргызстан

8,1

45,8

7,3

9,0

44,3

26,1

Обратите внимание — внешние ориентиры стран Евразийского Союза. Для Белоруссии и Армении это в большей степени Евразийский Союз, или точнее — Россия, и для Кыргызстана тоже. Несколько сократилась доля ЕС. Исключение составляет лишь Казахстан, у которого эта доля выросла

И еще хочу обратить внимание, что у всех стран, вне зависимости, имеют они границу с Китаем или не имеют, очень сильно¸ в разы увеличилась доля Китая абсолютно у всех стран.

Следующий момент — это основные экономические показатели. Это те данные, которые дает Евразийская комиссия.

Таблица 2.

Основные социально-экономические показатели ЕАЭС в 2015 г. %

ЕАЭС

В том числе

РА

РБ

РК

КР

РФ

ВВП

97,0

103,5

96,2

101,2

105,9

96,3

Промышленность

96,6

105,2

93,4

98,4

95,6

96,63

Сельское хозяйство

103,0

111,7

97,2

104,3

106,2

103,0

Строительство

94,0

86,5

88,0

104,3

99,7

93,0

Инвестиции

В основной капитал.

92,8

100,3

84,8

103,7

108,0

91,6

Грузооборот

99,3

88,5

95,9

92,5

101,1

100,2

Практически все страны абсолютно просели. У всех очень слабый рост ВВП. Обратите внимание, у Казахстана рост — всего 1,2%. Для Казахстана это просто минимально, учитывая, что это вторая экономика в Евразийском союзе. Наибольший рост у Кыргызстана, в связи с тем, что ее очень хорошо проинвестировали перед вступлением в Евразийский Союз, как малую и слабую экономику.

Соответственно, как вы видите достаточно сложная ситуация, практически у всех стран во всех отраслях показатели не дотягивают до тех показателей, которые были в прошлом году. Чуть лучше лишь показатели по сельскому хозяйству

Теперь взаимная торговля. Есть такое правило, что для того, чтобы Союз был стабильным, должно быть 25 % взаимной торговли у стран-членов от общего товарооборота.

Таблица 3.

Объемы взаимной торговли в ЕАЭС в 2015 г.

Млн долл.

% 2014

Удельный вес в объеме,%

ЕАЭС

45379,8

74,2

100

РА-РБ

33,3

86,9

0,07

РА-РК

5,6

75,8

0,01

РА-КР

0,5

108,1

0,00

РА-РФ

1274,2

91,2

2,82

РБ-РК

572,4

60,8

1,26

РБ-КР

69,0

72,4

0,15

РБ-РФ

25928,4

73,8

57,14

РК-КР

863,6

71,2

1,90

РК-РФ

15178,6

74,0

33,45

КР-РФ

1454,4

78,3

3,20

Как вы видите, я специально привела все абсолютно пары за год. Самая большая торговля — это Россия-Беларусь — 57 %, с Казахстаном 33 %, что и показывает достаточно стабильное взаимодействие именно этого треугольника. И еще то, что здесь очень хорошо видно, это что, опять-таки, снижение торговли и очень серьезное снижение торговли. Единственный рост — это получается у нас у Армении и Кыргызстана. Но обратите внимание, что это всего 500 тысяч и это от нуля к нулю. То есть сотые доли в общих объемах торговли.

Теперь те новые вещи, которые были в 2015 году. Во-первых — сопряжение двух проектов Китайского и Евразийского, создание зон свободной торговли с третьими странами, вступление Казахстана в ВТО, падение цен на углеводороды и металлы и девальвация юаня, падение курсов. Я по каждому из них очень коротенько пройдусь.

Меньше всего мне хотелось бы говорить о сопряжении, потому что, с моей точки зрения — заявить, заявили, но никаких особых действий на сегодняшний день нет. Как минимум, нет никакой программы сотрудничества Евразийского союза и Экономического пояса Шелкового пути. Есть у Казахстана, двусторонние транспортные программы с Китаем, но это немножко другой момент. И есть некоторые наработки китайско-российские. Все.

Единственное, что могу сказать — есть три варианта развития взаимоотношений между Евразийским союзом и Экономическим поясом Шелкового пути: излагаю по мере возможного.

Самый возможный вариант — это поглощение евразийской интеграции китайским проектом, при условии, если речь идет не о том, о чем наши журналисты любят говорить: о том, что мы строим транспортные коммуникации совместно. У Китая совершенно другие задачи. Транспортные коммуникации — это одна из задач. У Китая главная задача — построить единое экономическое пространство. То есть таможенное, финансовое, зона свободной торговли и так далее.

Следующее — это усиление конкуренции между двумя проектами. Ну и объединение интересов — это скорее всего из области фантастики. Потому что по большому счету, мы все-таки во многих вопросах именем конкурирующие интересы, а не совпадающие.

Зона свободной торговли с третьими странами. Начался этот процесс с Вьетнама. Вьетнамцы сразу начали прорабатывать этот вопрос, как только появился Таможенный Союз в 2008 году. Единственная особенность ничем не отличающаяся от мировых тенденций — это то, что с Вьетнамом у нас договор ЗСТ+. Поясню, что это такое. Почему у каждой страны есть своя группа, которая работает над изучением целесообразности заключения соглашения о зоне свободной торговли. Потому что сейчас нет чистых зон свободной торговли. Обычно это ЗСТ +. То есть это абсолютно различные вопросы. И вот то, что касается Вьетнама — это энергетика ядерная, в первую очередь, это машиностроение, это военная техника. И, в первую очередь, конечно, речь идет о том, чтобы построить подводный флот Вьетнаму.

Есть еще несколько стран, говорят, то 60, то 70 стран хотят заключить с ЕАЭС договор о зоне свободной торговли. А вот это те страны, которые уже имеют двусторонние комиссии по определению форматы ЗСТ: Израиль, Индия, Египет, Монголия. Сейчас объявили о том, что еще и Иран, но документов я не видела.

Самая большая проблема, которая скажется больше уже, конечно, в 2016-2017 и далее годах — это вступление Казахстана в ВТО. Почему вдруг стало проблемой? Все остальные страны кроме Белоруссии — члены ВТО и вдруг проблема — Казахстан. Все очень просто, потому что он подписал более либеральные обязательства. Тарифная ставка для страны — 6,5 %, для остальных государств более 10%. На 3 000 товаров измениться таможенный тариф в Казахстане, из них 1500 критичные для стран Евразийского Союза.

В начале 2016 года ступил в силу протокол Евразийской комиссии по этому вопросу. По этому документу есть 2 типа товаров, ввозимых в Казахстан. Одни которые ввозятся только в Казахстан, другие, которые ввозятся на территорию Евразийского Союза. И соответственно за первую категорию товаров платится тариф ВТО, за вторую — ЕАЭС.

Здесь тоже очень много проблем. Сразу платят разную пошлину. Если ты ввез и задекларировал, что ты ввез для потребления в Казахстане, ты уже не можешь, как в классическом Таможенном союзе, остатки, которые ты не использовал, например, у тебя это производство не пошло, ты уже не можешь перепродать на территорию России и Белоруссии или любой другой страны Таможенного союза, просто доплатив пошлины. Ты в любом случае должен это все оставить на территории Казахстана. То есть, это не улучшает условия для ведения бизнеса, а ухудшает их.

Достаточно спорным вопросом был вопрос приема в Союз малых и более слабых экономик. И здесь не только Казахстан был против, но и была против Беларусь. Зачем мы будем принимать малые экономики, они слабее за них нужно платить, они очень проблемные.

Так, Казахстан выступал против вступления Кыргызстана. Но здесь есть масса различных мифов. Во-первых, киргизы были уверены, что им вернутся китайские товары на рынки. Ничего подобного не может быть, потому что уже есть Центр приграничной торговли «Хоргос» на казахско-китайской границе и все потоки товаров переориентированы туда, осталась только та часть, которая идет на Узбекистан и Таджикистан из Кыргызстана. В связи с этим Кыргызстану придется искать новые возможности занятости населения. К счастью, экономический блок кыргызского правительства это понимает. Как быстро это поймет общество, пока непонятно. У казахов свои претензии. Из всех угроз, которые выдвигает казахстанская сторона, я думаю, что единственная реальная угроза — это возможность проникновения наркотиков и оружия на территорию страны. Но здесь уже должны работать не таможенники, а пограничники, по большому счету. Это должна быть просто сильная служба охраны границ.

Следующий момент — это девальвация юаня в августе и в декабре. Для Китая это очень важно, потому что стало понятно китайским властям, что невозможно только за счет внутреннего потребления преодолеть нынешний кризис и что снова надо выходить на внешний рынок, это особенно показала девальвация в декабре. Эта девальвация в определенной мере влияет на сопредельные страны. Даже не столько сама девальвация, сколько то, что она связана с замедлением китайской экономики. Поскольку большая часть экспорта стран идет в Китай, особенно у Казахстана и у России, то это очень серьезный очень вопрос.

Следующий момент — падение российского рубля и его влияние на ситуацию в странах Союза. Главной причиной этого падения, как и девальвации других союзных валют стало не только и не столько введения Западом санкций против России и российских контрсанкций, сколько падение цен на их основные экспортные товары. Все-таки упали цены на нефть, больше чем на 60%. В середине 2015 года Агентство Блумберг проводило исследование по потерям от падения цент на углеводороды. Россия и Центральная Азия потеряли только за полгода 218 млрд долларов.

Но если бы пострадал только углеводородный рынок, было бы все ничего, но пострадал и рынок металлов. Приведу некоторые цифры: цена на золото упала за 2015 г. на 16 % — это Киргизия, Казахстан и Россия, на медь — 14,5% (России и Казахстан), на алюминий — 18%, никель — 17 % (Россия). Черные металлы тоже достаточно сильно просели в ценах. Получается, что фактически экономические показатели падали именно из-за того, что резко сократилась экспортная выручка, резко сократились те огромные доходы, которые шли в государственные бюджеты и способствовали укреплению социальных расходов, и развитию промышленных отраслей. На этом погорели все.

И еще один момент, который я хотела бы вам показать — курсы национальный валют.

Таблица 4.

Курсы национальных валют стран-членов ЕАЭС, средние за 2015 г. в % к 2014 г.

За единицу

валюты

драм

белорусский рубль

тенге

сом

рубль

рубль

71,86

96,87

75,84

75,18

-

доллар

114,91

155,30

123,74

120,15

159,76

евро

96,10

129,73

103,23

100,43

133,63

Это официальные данные. Обратите внимание, что у всех рубль даже не дотянул до 100 % от 2014 года. Больше всего увеличился доллар, чуть меньше, где-то и значительно меньше увеличилось евро. О чем это говорит? Это, во-первых, говорит о том, что стабилизировался, рынок для этих стран. Во-вторых, что речь идет о том, что российский рубль не является основным торговым платежным средством. Основным платежным средством во внешней торговле стран является доллар. Дело в том, что у нас практически все внутри Евразийского Союза вся торговля идет в долларах, исключение составляет лишь часть торгового оборота России и Беларуси, еще меньше товаров торгуется в рублях в российско-казахстанской торговле.

Посмотрите, у Казахстана по отношению к доллару падение — 23,7% в среднем за год, но, извините, они девальвировали свою валюту почти на 40% с декабря прошлого.

Я, в принципе, не сказала еще о двух моментах: об Украине, о сотрудничестве с Украиной и о трудовой миграции. Почему? Во-первых, трудовые мигранты внутри Евразийского Союза скорее выиграли, потому что по подписанному договору граждане стран Евразийского союза внутри него работают как национальные агенты и это правило в целом введено до конца 2015 года в жизнь. В жизнь не воплощено еще то, что должны быть обязательно пенсионные накопления, обязательно социальная защищенность. По поводу пенсионной системы: в 2016 году должен быть решен этот вопрос. Основное движение трудовых мигрантов из Кыргызстана и из Армении, да, они меньше стали получать доходов от своей работы. Но, опять-таки, вся статистика идет в долларах. Если мы переведём эту статистику на рубли, это будет немножко другая статистика, а зарабатывают они по большому счету в России в рублях.

Движение рабочей силы из Казахстана в Россию тоже несколько увеличилось при появлении Евразийского Союза по двум причинам. Первая более высокие российские зарплаты по сравнению с казахстанскими. Я не беру сферу ТЭК. Вторая причина политическая, а точнее политизированная, и присущая не только Казахстану. В принципе, большинство стран Евразийского Союза поддерживает такую легкую зябь национализма для того, чтобы, во-первых, удержалась у власти элита, то есть, есть на кого свалить экономические проблемы (на участие в ЕАЭС, а точнее на Россию). Во-вторых, мы, Россия, еще очень часто подыгрываем. Вот, с Казахстаном подыграли, когда у нас В. Жириновский так красиво выступил на тему того, что северные территории — это российские территории. И началась такая новая волна национализма, которая спровоцировала новую волну миграции, во-первых, русской, а во-вторых части казахской интеллигенции, не только русскоязычной, вообще казахской интеллигенции, чаще творческой, для работы в Российскую Федерацию.

И последнее об Украине, буквально одну фразу. У Казахстана Украина и в экспорте, и в импорте входила в перовую пятерку партнеров в 2013 году, в 2014 съехала чуть-чуть, а в 2015 году если я не ошибаюсь, более 60 % товарооборот сократился в связи с экономической ситуацией на Украине, в связи со сложностями передвижения украинских товаров по российской территории, но больше всего в связи с тем, что просела сама украинская экономика. В Белоруссии Украина входила в десятку главных торговых партнеров, а у России Украина была, по-моему, на 12 месте в общем товарообороте. Торговля Белоруссии с Украиной сократилась больше 70 % и России — больше 70 %. Получается, что достаточно серьезно повлияла ситуация в экономике Украины на сотрудничество стран Евразийского Союза с Украиной.

В Белоруссии Украина не входила, она входила в десятку, наверное, а у России Украина была, по-моему, на 12-м месте, если я не ошибаюсь, в целом товарообороте. Это все. Если у вас есть вопросы какие-то, я отвечу.


Источник:  Кавказское сотрудничество
Автор:  Елена Кузьмина

На предыдущую страницу

Все новости проекта